Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
04:07 

Симон, врата Смерти.

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
Название: "Симон, врата Смерти".
Автор: Шекспира.
Рейтинг: G.
Жанр: приключения, трагедия.
Размер: макси (11 721 слово).
Персонажи: Какаши, Обито, Рин, Минато.
Дисклеймер: Кишимото-сан.
Разрешение на размещение: с указанием источника.
Предупреждение: OOC. Играюсь временем ;) Дезфик.

Творческий пересказ Какаши Гайдена

Начало первого коммента в третьем. Проворонила.


Претензии и жалобы автор не принимает.

@темы: Какаши, Минато, Обито, Рин, ангст, джен, драма, фанфики, экшен

Комментарии
2011-09-07 в 04:08 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
- Сдохни!!
- К-как?! - простонал враг, теряя маскировку. - Ты же не мог меня видеть.
Сидящий рядом Какаши отвлёкся от обезболивающего массажа.
- Обито, ты... - выдохнул Хатаке удивлённо.
Из пробитого кунаем лёгкого струилась горячая кровь. Даже чунин знал, что смерть теперь вопрос времени.
- Что.. с твоими... глазами... - глотая звуки, пробулькал здоровяк и рухнул вниз. Его чакра угасла.
- На этот раз я защищу своих друзей! - заявил Учиха, дрожа от возбуждения.
- Обито, твои глаза... - повторил за чужаком раненый Какаши.
Всё вокруг сияло, переливалось прозрачными шлейфами, тянулось тонкими светящимися нитями.
- Да, похоже, это шаринган, - оторопело произнёс мальчишка, разглядывая свои руки и крошечные вихри, окружающие пальцы. - Я могу видеть движение и потоки чакры.
Хатаке снова скривился от приступа боли, зажал повреждённый глаз ладонью.
- Ты в порядке, Какаши? - спросил Учиха, всё ещё не зная, что делать с раненым. Если бы тут была Рин!
- Да, но от моего левого глаза больше никакого толку, - пробормотал джоунин, открывая запасную сумку. - У меня есть аптечка Рин, обработаем глаз и пойдём спасать её.
- Хорошо!
Обито выхватил коробку, открыл, выбрал из четырёх пузырьков нужный, смочил край бинта и продезинфицировал рану. По-хорошему нужно было настоящего медика, но для этого надо вытащить Рин из логова сволочей скрытой Скалы. Какаши почти не стонал, продолжая массировать какие-то известные ему точки. Чунин ловко наложил заживляющую мазь, отрезал кусок бинта, приложил его к ране вместе с мазью. Какаши одобрительно хмыкнул. Стараясь не надавить на порез, Учиха забинтовал товарищу пол-головы, удивляясь, каким больным и несчастным тот стал выглядеть.
- Ма, кажется, всё, - постановил капитан, ощупывая повязку.
Обито собрал медикаменты обратно в аптечку, плотно закрыл и вернул Какаши.
- Идём? - спросил он с нажимом.
- Погоди, - забинтованный Хатаке не стал менее дотошным, - надо сначала проверить все ловушки.
- Я уже проверил! - заявил Учиха гордо. - Эта скотина застала меня как раз когда я её деактивировал.
- Только одна? - удивился Какаши.
- Наверное, они понадеялись на гендзюцу, - предположил чунин, оглядываясь по сторонам. Шаринган замечал все детали даже на большом расстоянии, это действительно раздражало, только не сам глаз, а где-то в голове такая детальная картинка не укладывалась, отказываясь соотноситься с восприятием пространства и расстояния. До тошноты. - Ой! Да там земля взрыта! - Обито указал пальцем на вход.
- Где? - изумился Какаши, подползая к краю ветки.
- Ну возле самого входа, там дёрн приподнят, и из-под него выглядывает земля.
- Волчья яма, - постановил джоунин, - а ты здорово теперь видишь.
Обито хотелось сказать, что и Какаши тоже будет видеть, когда они спасут Рин, но вовремя прикусил язык. Ранение Хатаке его вина. А ещё он оскорбил того, кто столько раз спасал ему жизнь.
- Ма, пошли, - скомандовал Какаши, - спрыгнем вон там на скалу, по ней спустимся вниз, прямо в отверстие.
Учиха старательно следовал за лидером, теперь, когда глаза различали малейшие детали, это было несложно. Кроме того, каким-то образом стало удивительно легко отмерять нужные для разных приёмов дозы чакры. Будто она стала гораздо послушней, проявившись. Из таинственной загадочной силы превратилась в простую и доступную, как воздух. А ещё, сползая вниз по острым выступам, он отчётливо чувствовал присутствие врага. И Рин.
Какаши потянул его за штанину и сделал знак атаки, потом изобразил на пальцах прыжок и протянул рукой в воздухе. Обито кивнул. Сполз к самому краю, собрался, представляя себе, что нужно будет не шлёпнуться на спину, как прошлый раз. Но теперь у него есть шаринган! Чунин уверенно кивнул, и по сигналу нырнул вниз, кувыркнулся, легко придавая себе горизонтальное ускорение. И даже на пол встал прямо, рядом с капитаном группы. Прошлое осталось в прошлом.
- Хмм, - проворчал Ивагакурец, - в наши дни ни на кого положиться нельзя.
Он отступил на шаг от связанной девочки. Учиха прикипел к ней взглядом. Светящаяся оболочка колыхалась, хотя Рин была совершенно неподвижна, казалось, без сознания. Даже грудь вздымалась неровно и едва заметно подрагивали плечи, словно ей снился плохой сон.
- Потоки чакры Рин не нормальны, - сообщил он встревоженно. - Она движется не так, как у нас.
Какаши повернулся, направляя на него уцелевший глаз:
- Наверное, она находится под гендзюцу. Они хотели поскорее вытянуть из неё информацию.
- Хы, похоже, вы не простые дети, - осклабился взрослый джоунин.
Обито заметил, как напрягся Хатаке, и тоже принял боевую стойку. Теперь всё было легко, так легко, что становилось обидно.
- В последний раз, когда я с ним дрался, он был очень быстр, - предупредил капитан. - Будь осторожен!
Обито впервые чувствовал себя равным, это не вызывало той гордости, которой он ожидал всё своё детство, вина, тоска, решительность, будто где-то глубоко внутри сжалась в кулак пылающая ладонь.
- Хорошо! - произнёс твёрдо.
Враг бросился в атаку первым. Учиха видел каждое его движение, занесенное оружие, выдыхающая грудь, горящие любопытством глаза. Какаши двигался так же быстро, отскочил в сторону и успел атаковать кунаем. Обито же попал прямо под раздачу, но сумел вывернуться и кувырком уйти вверх. Приземляясь на руки, он слышал за спиной звон столкнувшегося оружия. И даже видел, как выпад Какаши был отражён. Их враг очень опытный боец. Обито развернулся, ударил ему в спину, тоже наткнувшись на сталь. Ещё и гибкий, как змея!
Хатаке провёл просто немыслимую по сложности и скорости атаку, как если бы дрался с сенсеем. Ивчанин прыгнул вверх и там, в кувырке, умудрился конратаковать. Учиха потянулся к нему оружием, но проворный неприятель оттолкнулся от стены и избежал этой ловушки. Мальчишки не привыкли драться в паре, и потому боялись ранить друг друга, мешали, уступая инициативу врагу.
Противник поспешил этим воспользоваться. Просчитав прямые выпады Какаши, он извернулся, скользнул под его кунай и бросился на ждущего удобной возможности Обито. Учиха в ужасе отпрянул, прогнулся назад, едва не сломав при этом позвоночник. Смертоносные лезвия пролетели над самым носом. С помощью шарингана чунин видел, что Какаши уже метнулся наперехват, а сообразительный Ивагакурец, понимая, что его рывок блокирует возможное нападение Обито, пренебрёг защитой, проводя атаку вспять, навстречу Какаши.
Вот только Учиха и правда едва не сломал спину. Он пригнулся достаточно близко к полу, чтобы выбросить руку и, сменив упор, заблокировать противника ногами. Сияющий клинок Белого Клыка легко разрубил непроницаемую, как камень, броню.
Товарищи со всех ног бросились к Рин, и Хатаке снял гендзюцу. Лицо девочки ожило.
- Какаши! Обито! - испуганно прошептала она, словно удивилась увидеть их.
- Мы пришли спасти тебя, теперь ты в безопасности, - заверил её Учиха.
- Ага, - подтвердил Какаши, - поторопимся, я развяжу.
С верёвками и узлами он и правда справился в секунды.
- Хорошая была комбинация, - прошипел с полу казавшийся бессознательным мужчина, - но провели её сопляки. Теперь я могу сделать с вами всё, что захочу.
Шиноби довольно непринуждённо поднялся на ноги, быстро сложил печати и ударил в землю ладонью. Засветившееся на миг тёмно-жёлтое облачко расползлось по каменной породе.
- Дотон! Ива ядо козуши!
Пещера дрогнула. С потолка посыпалась мелкая крошка.
- Чёрт! Бежим к входу! - крикнул Какаши.
Команда бросилась за ним. Камни падали уже размером с кулак, угрожая разбить голову любому, кто окажется у них на пути. Пыль забивала нос, мешая дышать. Прозвучал сдавленный вскрик, но Обито остановился лишь когда Рин взвизгнула "Какаши" и ринулась ему на помощь. Учиха опередил её, подхватил товарища. Шаринган показывал каждую песчинку, отделяющуюся от потолка. Огромная глыба потеряла устойчивость. Используя чакру, Обито швырнул Хатаке к выходу, не заботясь, как сильно и обо что капитан ударится. Ловушка оказалась смертельной.

2011-09-07 в 04:08 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
Сквозь навалившуюся тьму проглядывало красное. Оседала пыль, танцуя в луче яркого света. Пошевелиться не получалось. Правая сторона вообще будто исчезла, левая чувствовала шершавый холод камня, впившиеся в тело осколки, но двигаться Обито не мог. Шаринган всё ещё действовал, показывая, что огромное чёрное пятно - каменная глыба размером с телегу. Такую не поднять. Да и судя по онемению, по тому, что даже головой не двинуть, он попал. Вот так. Неожиданно.
Товарищи лежали у самой стены и на какой-то ужасный миг мальчишке показалось, что они мертвы. Но чакра окутывала их, голубоватая, здоровая. Обито вспомнил, как изо всех сил швырнул Какаши. Не хватало ещё собственноручно его покалечить.
Было так странно и спокойно осознавать свою смерть. Это не пугало, наоборот, даже боль при каждом вдохе казалась вполне терпимой. Особенно если знаешь, что скоро она прекратится совсем. Исчезло раздражение, спешка, отчаяние. Чистое дыхание вечности погасило все пожары.
Рин глухо кашлянула.
- Вы в порядке? Рин? Какаши?- осведомился Обито, старательно выговаривая слова. Ещё и челюсть не слушается. Это казалось самым значительным неудобством.
Хатаке смешно вытаращился единственным глазом, и Учиха не мог не улыбнуться.
- Обито! - крикнул он странным испуганным голосом. Подбежал, упёрся руками в глыбу, такой маленький, хрупкий. Сейчас свою погремушку включит, и растрощит тут всё. Потолок обвалится.
- Стой, не надо, - запротестовал Учиха шёпотом, - похоже, для меня всё кончено.
Горло щекотали струйки крови, тёплые, солёные. Наполняли рот и вытекали с каждым словом. Быстро сбегали по подбородку. Хатаке продолжал изо всех сил толкать неподъёмную громаду.
- Правая половина полностью раздавлена, - продолжил Обито на новом выдохе. Всё-таки больно, но скоро пройдёт. - Я не чувствую её.
- Ксо! - проскулил Какаши, и в его голосе отчётливо слышались слёзы.
Рин что-то тихо причитала. Кровь стекала по горлу, щекоча невыносимо. Мальчишка невольно кашлянул, но вспышка боли оборвала его попытку.
- Обито! - взвизгнула девочка.
Капитан повалился на четвереньки, принялся колотить руками по полу, приговаривая:
- Проклятье! Проклятье! Если бы... если бы я послушал тебя с самого начала и отправился с тобой за Рин, этого бы не произошло, - слова разрывались рыданиями, на пыльный камень густо падали прозрачные капли, принося Обито последнее светлое умиротворение. У Какаши есть сердце, просто он очень хороший шиноби.
Очень хороший шиноби захлёбывался слезами, скорчившись на полу.
Рин подкралась, будто боялась, что малейшее её движение немедленно убьёт Обито, села рядом.
- Что я за капитан и джоунин?! - продолжал казнить себя Какаши, всхлипывая во весь голос.
Было так приятно, наконец, ощущать его заботу, всё то, что скрывалось за упрёками и нравоучениями долгие пять лет. Ведь это здорово, когда плохое оборачивается хорошим, это самое лучшее, что можно сделать в жизни. Вот только и-за Обито Хатаке теперь одноглазый.
- Точно, я почти забыл, - улыбнулся Учиха. Судьба склонилась над ним, тепло и нежно исполняя напоследок все желания. Позволяя отдать все долги. - Я единственный, кто ничего не подарил тебе в честь становления джоунином, Какаши, - перед глазами стояло сердитое лохматое пугало с протянутой рукой. Тогда было мучительно стыдно и обидно. А теперь рука не слушалась, не хотела протянуться навстречу. - Я не знал, что тебе подарить, а теперь знаю... - Хатаке поднял лицо, и оно было совсем другим, испуганным, растерянным, мокрым. Учиха усмехнулся. Снова осторожный вдох, чтобы не закашляться. Злости не вызывали даже щекочущие капли и сломанные рёбра. - Не волнуйся, это не станет бесполезным багажом. Я дарю тебе... свой шаринган.
На душе стало тепло и солнечно, словно на свете закончились все войны, вернулись все потерянные. А ведь здорово, что он пробудился сейчас, и новый глаз, который он подарит Какаши, будет драгоценным, самым лучшим. Подарок, достойный Учиха, того уважения и признательности, которые не выразить иначе ему и отцу. Благодаря Какаши Обито ничуть не стыдно перед отцом, легко, спокойно, радостно.
- Невзирая на то, что думает о тебе деревня, ты действительно великий джоунин, - сказал Учиха искренне. Слёзы не просились на глаза, их было достаточно в глазах Какаши. И так легко говорить, как жаль, что что-то мешало прежде. - Я действительно так считаю. Пожалуйста, прими его.
Инудзука шмыгнула носом.
- Рин, - обратился к ней Обито, не имея возможности повернуть голову, - используй ириониндзюцу, чтобы пересадить мой шаринган вместо левого глаза Какаши.
Девочка кивнула головой.
- Какаши, иди сюда, - велела она решительно. - Я немедленно начну.
Хатаке сжался в дрожащий комок. Такой сильный в бою, сейчас выглядел маленьким и жалким.
- Я... умираю, - продолжал уговаривать его Учиха, - но я стану твоим глазом, чтобы увидеть будущее.
Угольно-чёрный глаз посмотрел на него с отчаянной решительностью.
- Хорошо, - согласился Какаши наконец, разматывая повязку.
Пальцы Рин легко коснулись лица, стало тепло, почти горячо, а потом темно, но совсем не страшно. Обито знал, что его шаринган пересаживают Какаши. Слышал забавное чавканье, шорох подползающего джоунина, сосредоточенное сопение и тихое дыхание работающей Рин. Усталость выполненных дел навалилась, хотелось зевнуть, но челюсть болела ужасно. Действительно повреждена. Обито делал короткие, отрывистые, колючие вдохи, прогоняя щекотание крови из горла. Сколько она может течь? Разбитая губа перестала кровить, засохла. Неприятно, но не заставляет напрягать повреждённые ткани.
- Вот так, - удивительно ясно прозвучал голос Рин. - Тебе больно?
- Нет, - ответил Обито.
- Нет, - услышал он голос Хатаке и понял, что обращались не к нему. Ну вот, опять привлёк внимание, надо молчать.
- Шевелить им пока не получится, - объясняла юная куноичи капитану, - нужно привыкнуть. Но ты видишь?
- Смутно, - отозвался Какаши после паузы. - Всё красное.
- Это кровь, поморгай... вот так лучше?
- Ма... немного.
Было непривычно слышать рядом голоса, но не видеть происходящего, словно Обито спрятался в шкаф, как в детстве, или накрылся пледом, и товарищи не подозревают о его присутствии. А он за ними подслушивает.
- Надо... выбираться... - неуверенно сказал Какаши, и Обито понял, что друзья смотрят на него.
- Да, вам пора... - ворочать языком стало очень трудно, мальчишка и сам едва разбирал, что говорит. - Потолок может обвалиться.
- Я проложу выход, - голос капитана был решительным, как раньше, но совсем другим, не таким холодным и безразличным.
Громыхнуло, запахло озоном. Учиха попытался улыбнуться. Опять эта его трещалка. Ужасно хотелось спать. Снаружи звучали голоса, словно за плотно закрытой дверью. Но ветер ещё касался лица, значит, Обито не завалило. Скорей бы, словно шторы задёрнуть. Мысли о сне доставляли наслаждение.
- Какаши, защити Рин, - прошептал он, погружаясь в эту сладкую дрёму.
- Да, - донеслось отдалённо, ему или не ему, Обито сонно решил считать, что ему.
Теплая ладонь сжала его руку, это должна быть Рин. Мальчишка вынырнул из полусна, чтобы ещё подержать её. Сначала было шумно, потом очень тихо, спокойно. Но девочка почему-то напряглась и охнула.
- Не бойся, Рин, - успокоил её Обито, впитывая спокойствие тишины. Инудзуке пришло время уходить. - Какаши... Рин... - сказал он в темноту, надеясь, что его слышат, уходите отсюда скорее. - Воздух опять закончился. Кровь перестала течь, но теперь вообще ничего не ощущалось, и языком Обито ворочал скорее по привычке, не чувствуя его во рту. - Скоро прибудет вражеское подкрепление.
- Обито... - прошептала Рин совсем близко, где-то в неопределённом пространстве.
Учиха дёрнул руку, высвобождаясь:
- Всё хорошо, иди!
Снаружи снова стало очень шумно, Какаши что-то кричал. Обито тоже хотел крикнуть, чтобы Рин уходила, но у него не получилось. Каменная крошка осыпалась на лицо. Вот вышло же так. Наконец подружился с Какаши. А Рин не успел ничего сказать. И сенсею. Наверное, Какаши и Рин ему всё расскажут, Жёлтой Молнии не будет стыдно за своего ученика. Итачи придётся искать себе другую няньку. Всё хорошее только началось, и хотелось бы побыть с ними ещё. Вспышка ясности, похожая на глоток свежего воздуха, исчерпала себя. Штора задёрнулась, стало уютно и совсем тихо.

2011-09-07 в 04:44 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
Мяааа... два абзаца потерялись между основным текстом и первым комментарием:

Те, кто не заботятся о своих товарищах, хуже ничтожества, и Учиха Обито перестанет быть таким ничтожеством, перестанет плакать и ждать шарингана, чтобы не потерять ещё одного человека, которому не выразил своего уважения. У него был шанс защитить справедливость, и пусть вдогонку, но заслужить прощение всех.
На миг его чувства обострились, холодная дрожь пробежала по коже. Движение за спиной стало видно. Видно, как двигается окутанная чакрой фигура, сливаясь с замшелыми гигантскими ветвями. Подкрадывается, не подозревая о разоблачении. Обито сжал кунай и выждал ещё несколько секунд, а потом развернулся так резко, как мог, не думая о том, чтобы увернуться, спрятаться, и встретил его выброшенным оружием.

2011-09-07 в 22:22 

восточная кошка
отвернулся — и нет людей, повернулся — и снова люди. ©
"Какаши было всего шесть лет." — это в первой части.и уже шла война и Белый Клык был опозорен и мертв
"Пять лет назад..." ну и т.д. по тексту,это уже здесь о гибели Белого клыка,из чего я делаю вывод,что
Какаши теперь одиннадцать,верно?у Вас Какаши стал дзенином в одиннадцать?а то у Кишимото — в тринадцать
а вот Обито у Вас не ровесник Какаши,а на два года старше,значит погиб он как и в каноне в тринадцать
а Рин?она ровесница Обито или Какаши?
это все так,просто чтоб не осталось непоняток,а вообще все очень интересно и по-настоящему,спасибо!

2011-09-07 в 23:03 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
восточная кошка, а Вы учтите, что у Какаши день рождения осенью. И война не на Новый год началась. И отец его не первого января умер. Вот сюда и попадает разница с каноном. В год, когда ему исполняется тринадцать, не значит, что прямо в тринадцать. Плюс-минус месяц.
Обито и Рин да, старше. Вот не помню, когда у них днюхи. Кажется, у Обито в ноябре... тогда выходит, он до 15ти не дожил.

2011-09-07 в 23:27 

восточная кошка
отвернулся — и нет людей, повернулся — и снова люди. ©
не,ну это год от силы,а тут два.да и Обито у Вас на два года старше Какаши,тут уж никак... ,значит либо Какаши все же был младше канона,либо Обито погиб в пятнадцать,минимум в четырнадцать лет.по датабукам Какаши стал дзенином в тринадцать,значит это как минимум осень и и ему только исполнилось тринадцать,если они с Обито одного года,то тому четырнадцать.но если Обито хоть на год старше,то уже пятнадцать,ну либо все же у Вас Какаши получил звание раньше канона.но это все ничто по сравнению с фразой Минато "пять лет назад",и если "пять лет назад",то "гулять" из-за разницы в месяцах здесь может только год,но никак не два.
(ну вот у меня с сестрой разница по годам в четыре,если и месяца подсчитать,то ближе к пяти годам,но шесть уж точно никак не натянешь)

и кстати,я не пытаюсь подловить из вредности,просто понять хочу,а ДеньРож Обито 10 февраля

2011-09-07 в 23:42 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
восточная кошка, давайте разберёмся.
на момент Гайдена у меня - конец августа. Фактически Какаши 12-тилетний джоунин, Рин и Обито тогда обоим по 15 и они чунины. Обито погибает в 15 лет, да, я подтянула им возраст, чтобы уместить Какаши в команду на все пять лет (ато хрен его знает, где он шатался пол-войны, да ещё чунином, нашатал 240 миссий Б и оказался вместе с детями, у которых по 15-20 таких миссий, остальное Д). Соответственно Рин и Обито чуть покруче канона и повзрослее.
Дальше, др у Какаши в начале сентября. выходит что в момент Гайдена он 12тилетний джоунин, но когда мы смотрим на это двадцать лет спустя, разница в неполный месяц теряется, и мы считаем его тринадцатилетним джоунином.

вот тут минус один год.

Но война началась по дате раньше Гайдена, потому что на момент Гайдена она шла пять лет. Значит к её официальному началу Какаши было не 8, а 7 лет. Может, она весной началась? в начале лета?

Войной были позднее названы частые пограничные стычки. Тоесть там вообще относительно можно говорить о дате, и даже о годе. А вот между проваленной миссией и началом боевых действий время должно было пройти. И Белого Клыка не один месяц травили. Что составляет ещё одну разницу относительно смерти Сакумо и возраста Какаши. Вот Вам и шесть.

2011-09-07 в 23:56 

восточная кошка
отвернулся — и нет людей, повернулся — и снова люди. ©
о... ,ну да,теперь все понятно,хотя... не,не все,ну да ладно
очень интересно было,спасибо за такую историю!

2011-09-08 в 00:01 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
восточная кошка, проблему составляет мой тайминг по дню и месяцу.
У Вас тоже проблема с открытием ката?

2011-09-08 в 00:06 

восточная кошка
отвернулся — и нет людей, повернулся — и снова люди. ©
У Вас тоже проблема с открытием ката?
а!надо влезть в "настройки сайта" и там выбрать как будет работать тег MORE

2011-09-08 в 00:08 

Шекспира
Миг создают творящий и созерцающий, сплетаясь ролями.
восточная кошка, ой, спасибо! Вы меня осчастливили! слетело там что-то и я не могла продолжать писать.

2011-09-08 в 00:27 

восточная кошка
отвернулся — и нет людей, повернулся — и снова люди. ©
ну это новшества ввели,пока неудобно,потому что непривычно,но в этих переменах есть смысл

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Kakashi Gaiden: past, present... and future?

главная