12:15 

Аллеи

Название: Аллеи
Автор: Sam River (SamRiver@mail.ru)
Бета: Suisei (Tasha)
Фэндом: Naruto
Персонажи: Тоби, Обито, Какаши, Рин, Наруто
Пейринг: Обито/Рин, просматривается Какаши/Рин
Жанр: angst, drama, romance
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: герои и мир принадлежат Кишимото, оригинальная идея «где же пропадал Обито» - великолепной medb., текст – мне (ну хоть что-то принадлежит мне)
Размещение: Запрещено! Беону запрещено втройне!
Предупреждение: Моя любимая Тобито-теория
Краткое содержание: О роковых встречах и неизбежных случайностях

Блики во тьме
Путь героя




Зима выдалась на редкость затяжной и холодной. Февраль подходил к концу, а снегопады всё шли и шли, покрывая улицы скользким гололёдом. Слабая оттепель – и опять заморозки. Но до появления серого асфальта или бурой земли белое покрывало еще не отступало. Ни разу. Низкое небо, нависшее прямо над головой, обтянуто серой стершейся тканью. Временами сквозь рваные прорези выглядывал белый кусочек. И не поймешь: то ли небо такого непонятного цвета, то ли очередной скрывающий слой. Сколько еще ждать весны?
Рин печально вздохнула.
Сегодня ночью опять шел снег. Ветер стучал ветками деревьев, шумно выл на опустевших улицах. Там, снаружи – такой гул, что любого заставит невольно беспокоиться. Но она не обращает внимания на непогоду, куда больше волнует мирная тишина в соседней комнате. Даже полностью забывается, что в такие колючие зимние метели, хоть и встречала их дома в тепле, всегда становилось неуютно. В детстве Рин накидывала одеяло до шеи и не могла уснуть, прислушивалась и ждала, когда снегопад утихнет.
Творящееся за окном не волновало. Она лежала на кровати и смотрела на стену, прислушиваясь к любым звукам, что могли доноситься оттуда. В детской было на удивление тихо. Вот и хорошо: значит, спит. Рин устроилась поудобнее.
Тучи заволокли луну своими тяжелыми телами. Свет, проникающий в комнату, был лишь отражением фонарей от снега. Очевидно, сон не скоро к ней придет: старое чувство от метелей всё же осталось. И это спустя столько лет! Тускло-оранжевое мерцание на улице, проглядывающееся даже отсюда, показывало, как стремительно проносятся хлопья снега. Попадаются в полоску видимости и моментально исчезают.
Она в очередной раз вдохнула: за стеной послышались детские шаги.
Всё эта не унимающая тоску метель! Сейчас почему-то кажется, что происходящие в ней перемены очень напоминают непогоду.
Рин приподнялась и села, обратив внимание на узкую деревянную дверь, где рядом с ручкой был прикреплен кнопкой рисунок, выполненный маленькими детскими руками. Самым очаровательным ребенком…
Дверь тихо скрипнула, отворившись. Наруто робко оглядел комнату и, увидев Рин неспящей, тихо позвал:
- Мам… мамочка, ты еще не спишь?
- Нет, родной, я не сплю, - как сложно скрыть горечь от ребенка.
- Ты плакала?
- Нет, сынок. Почему ты не в кровати?
Он переступил с ноги на ногу и потупил взгляд на метель за окном.
- Я спал! Но… но там кто-то воет, - Наруто передернул плечами, хмуро ткнув в сторону окна пальцем. Потом, подумав, менее решительно спросил: - Мам, можно я сегодня с тобой спать буду?
Рин старалась воспитывать сына… очень осторожно? Да, скорее именно так. С самого детства, неразрывно связанного с миссиями, странно видеть разных людей. Чаще – сбившихся с путей, потерянных. Ощущать чужую боль, пусть и приглушённее своей, – нелегко. Поэтому, видя чужой опыт, Рин всеми силами старалась создать своими руками мир, где одиноких сторон у сына будет как можно меньше. Но, наверное, герои должны пронести на своих плечах все страдания мира, чтобы жили или более-менее сосуществовали другие. Ведь так? Наверное…
- Ну, хорошо. Иди! - Рин приободрилась, отодвинула край одеяла и похлопала ладонью по теплой перине.
Наруто широко улыбнулся, отчего даже потеплело и ненужные мысли вытеснились.
Он живо поспешил к кровати и с улыбкой принял помощь мамы, когда она стала укрывать одеялом. Происходящее за окном теперь совсем не волновало, ведь мама, с которой ничего не страшно, которая всё может, рядом.
- Спи, малыш! - Рин обняла Наруто, поцеловав светлые волосы, закрыла глаза.
Он немного пошевелился, устраиваясь удобнее. Пугающие звуки, точно являющиеся чьим-то злобным рычанием, бесследно пропали. Темнота, как оказалось, вовсе не такая страшная.
Всё же он храбрый, раз не плакал и пересек темный коридор, прячущий ночью много чего.
Наруто повернулся на бок и улыбнулся. Полоски на щеках мамы. Интересно, зачем она в детстве нарисовала их? Помнится, рассказывала, что так делали все в их клане. Когда он вырастет, сделает себе такие же на щеках или другие.
- Мамочка… - тихо шепнул он.
Она поморщилась, недовольно строго сказала:
- Спи давай.
Наруто дотронулся пальцем до ее щеки.
- Я тоже такие себе сделаю, ладно?
- Ни в коем случае! - резко запретила она.
- Но… но… мам! - потрясенно воскликнул Наруто. - Ну тогда я их сделаю, когда ты пойдешь в магазин или на работу.
- В таком случае, Вы будете очень строго наказаны!
- Хе, - усомнился Наруто.
- Я не шучу.
Это утихомирило пыл, но лишь ненадолго.
Точно! Она же не рассказала ту давнишнюю историю про легендарного Копирующего ниндзя! А он почти забыл про это.
- Эй, мама, ты не спишь еще?
Мама шумно вздохнула, показывая свое недовольство.
- Если, Наруто, ты всё время будешь меня звать, то я вообще не усну.
Наруто рассмеялся. Отчего-то стало смешно: мама сейчас сделала такое забавное строгое лицо.
- Расскажи историю! - не дожидаясь отказа отложить это на завтрашний день, он живо добавил: - Про Копирующего ниндзя, героя Обито и тебя.
Рин промолчала, заметно напрягшись. Но тут же взяла себя в руки.
Наруто… Он же не знает, как всё изменилось. Теперь ведь нет не только героя Обито – нет рядом и Какаши.
И это не от обиды слезятся глаза и не от приближения неизбежности очередной разлуки. Просчитанной, запланированной заранее. Отчего угодно, но не от этого влажные щеки замерзают каждую ночь.
- Спи уже, - коротко попросила Рин.
Она успела задремать, как Наруто, до сих пор, видимо, думающий о тех рассказах, опять окликнул:
- Мам, завтра у тебя выходной, пойдем лепить снеговика!
Рин протяжно взвыла и, обняв Наруто за плечи, полусонно пробормотала:
- Пойдем, пойдем.

***
Возможно, Какаши слишком привык брать ответственность на себя. Пусть даже ответственность за состояние близких. К тому же, таких осталось всего ничего. Только Рин.
Он устало потер стучащие виски. В белой чашке так быстро остывал чай. Даже в теплом помещении.
Взгляд Рин в полной мере сейчас можно было назвать пустым. Она печально смотрела на стол, отстраненно теребя сплетенный браслет. Оранжево-красные нитки вызывающе торчали из ровных кладок других цветов. Небрежность вместе с аккуратностью – плели его двое.
Какаши, наверное, было бы легче, если Рин заплакала, прогоняя его, как в ту ночь, или обняла, пряча голову на его плече. Ведь она слишком эмоциональна. Потому что девушка, потому что Рин – это просто Рин. Никак не иначе.
Горло у него сухое, как в жаркое лето, а слова утешения расплываются краской в воде.
- Если хочешь, Рин, можем… Давай поговорим об этом, - голос прозвучал неестественно тихо.
Какаши почудилось, или по этим хрупким плечам действительно прошла дрожь. На кухне душно, а она… замерзает изнутри?
Рин только покачала головой.
- Мне надо подумать о случившемся, - от натянутой улыбки стало еще отвратительней. Им обоим. - Самой подумать, - с нажимом уточнила Рин.
В окно бились маленькие льдинки града. Так однообразно служили фоном молчанию. А может, зимним часам, отмеряющим времени. Что если это на самом деле так?
Она уже не злится на Какаши. Много или мало времени прошло, слишком долго не умеет на него негодовать. Рин хмуро оглядела его лицо, когда Какаши предпринял очередную попытку начать задушевный разговор.
- Ты имеешь полное право негодовать на меня. И злиться.
Она досадно закатила глаза, чуть отстраняясь от стола, откинулась на спинку. Физическая дистанция всё же не помогла. Как же его голос удручает!
- Такова была воля нашего сэнсэя. Рин. Пойми.
- Вы забрали у меня сына! - похоже на рычание, что сгребло разум изнутри. Древний инстинкт хищника, защищающего своё дитя, так ловко был сломлен Третьим, этими его благими намерениями.
- Злиться, Какаши?! Я имею право вас всех ненавидеть!
Спокойно… спокойно…
Только бы дотерпеть эту ночь, дождаться рассвета и просто уйти из их жизни. Не натворить глупостей, не сорваться. Ради Наруто, только ради сына – терпеть. Рин сделала пару глубоких вдохов, переключая мысли с безумных идей.
- Как Минато мог пожелать, чтобы… - она замолчала, враждебно проследив за нескончаемым снегом. Минато никогда не любил зиму. - Чтобы его сын рос один?
Чай остыл окончательно. Пить его уже будет неприятно холодно.
Какаши пожал плечами.
- В любом случае, это была его воля. Последнее желание перед смертью всегда исполняется.
Давление в грудной клетке сводило Рин с ума. Что за мерзкое ощущение разрывает на куски? От этого дрожат руки. Она зарыла пальцы в волосы, и взгляд был безумным.
- Почему?.. Почему ты не сказал мне сначала? Почему ты мне врал?!
- Я заботился о тебе. Ты бы все эти годы, все пять лет смогла жить с осознанием, что Наруто у тебя заберут? - он приводил доводы, убедительные и верные.
Конечно, прав. Какаши всегда прав: он гениален, просчитывает на много шагов вперед. Делает всё то, что будет на благо ей. С нежеланием она это понимает, но получается тогда…
- Тогда получается, Какаши, все пять лет, пока Наруто подрастал, я жила в построенной тобою лжи.
Какаши и не стремился разобраться, кто прав, кто виноват. Слишком поздно. Ему бы только построить вновь сожженные мосты. Он смотрел на нее, полностью отгородившуюся, и не решался. Не хотел давить, боялся сделать слишком большой шаг, вызвав недоверие. Он боялся всего сразу. Нить связи, последняя, единственная оставшаяся, истончалась так, что рвалась прямо на глазах.
Её рука так близко. Тонкие длинные пальцы, коротко постриженные ногти и сплетенный из цветных ниток простой браслет на узком запястье. Руки, не созданные для того, чтобы забирать жизнь, могут лишь созидать, хранить и залечивать сердце, что так устало.
Какаши несмело, чувствуя тяжелую нерешительность, накрыл ладонь Рин своей. Несильно сжав пальцы, в очередной раз убеждался: она так беззащитна. Слишком чиста, открыта. Как можно не защитить, ведь этот образ, голос вынуждают опекать, убирая на пути все трудности.
- Рин, я… Ты всегда можешь на меня рассчитывать, - Какаши поглаживал пальцем тыльную сторону ее ладони. Кожа сухая от нескончаемых морозов.
В доме так тихо без Наруто. Нет возмущенных криков по поводу разложенных по полкам важных игрушек, нет детского смеха и сумасшедшей беготни.
Рин задумчиво, возможно, борясь с воспоминаниями и неугасшей обидой, смотрела на их руки. Ее, неподвижная, и его, пытающая вернуть былое.
Нет, нет, нет… Так нельзя! Всего-навсего привычка быть рядом. Для поддержки. Да, только поэтому. Обито умер, спустя год не стало и Минато. Остались они одни, друг для друга. Больше, чем дружба, гораздо прочнее нить, она даже стягивает горло. Не дружба и не… и не любовь. Непонятно что. Белая паутина запутывает руки накрепко. Чем дольше тянуть, тем…
Нет, нельзя менять одну боль разлуки на другую, не нужно поддаваться Какаши. У него был шанс, шансы.
Рин одернула себя. Пошевелила пальцами, чтобы он ослабил хватку. Он изменился в лице, поспешно отпуская.
- Прости, Какаши, - прикрыла веки, покачала головой Рин, - мне нужно время, чтобы стать опять собой. Без напоминания причин.
Она поднялась со стула. Ножки противно царапнули пол на кухне, и Какаши слышал, как рвутся последние связи с ней.
В глазах нет прежней открытости к нему. Заслуженная строгость за столько обманутых ожиданий.

Рассвет приближался. Хотя тот сам не похож на себя. Простое равномерное уменьшение черного цвета в небе.
- Какаши, сожженные мосты можно отстроить заново, - коротко посоветовал Третий.
Собеседник промолчал, так же стоя у окна. Отсюда видать высокие ворота Листа. Сколько раз они вчетвером входили и выходили другими людьми. Он сжал в кармане руку в кулак.
- Я не могу, Хокаге-сама, - посмотрел в сторону старого сада, где их объединили в команду. Самоуверенный непоседливый мальчишка из клана Учиха и улыбчивая, целеустремленная девочка. - Она не верит мне, даже не хочет говорить об этом.
В кабинете Хокаге до боли знакомы детали, чуть измененные Третьим. Свитки с заданиями Минато ставил в другой угол стола, верхние полки шкафа никогда не были забиты отчетами. Но, в общем-то, уже неважно.
- Ты же единственный, кто у нее есть, и ты ей нужен, - тверже сказал Сарутоби.
Можно подумать, Какаши сам не понимает этого, сам не хочет обрывать последнюю оставшуюся нить.
- Рин не должна уходить из деревни, - теперь настоящая выгода, прячущаяся за словами политика. Значимая же фигура, будет далеко не выгодно, если медик, которых в деревне и так мало, уйдет.
Резко развернувшись, Какаши отвечает:
- Посмотрите на нее. Она видит мир другим. Полным надежд, света, доверия между людьми. Но я ведь прошел через многое, чтобы понять: это не так. Чтобы этот мир для Рин не рассыпался, я делаю против ее воли, но ради ее блага. Как мне защитить Рин, не потеряв при этом?
Лидер, Хокаге-сама, должен знать ответ, раз так упорно настаивает, раз так проявляет интерес, чтобы последние оставшиеся ученики Минато находились под управлением Листа.




@темы: фанфики, романс, драма, ангст, Тобито, Рин, Обито, Какаши

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Kakashi Gaiden: past, present... and future?

главная